Произвол кыргызской милиции в центре внимания правозащитного органа ООН

Произвол кыргызской милиции в центре внимания правозащитного органа ООН

The Akmatov case appears to be the first case in the HRC’s jurisprudence in which the committee made an explicit finding that a state is responsible for the arbitrary deprivation of the person’s life in a case where the victim died after being released.

In “Case Watch” reports, lawyers at the Open Society Justice Initiative provide analysis of notable court decisions and cases that relate to our work to advance human rights law around the world.

В деле Акматова Комитет по правам человека, по-видимому, впервые в своей практике, пришел к однозначному выводу об ответственности государства за произвольное лишение человека жизни в случае, когда жертва умерла после освобождения.   

Применение милицией пыток в Кыргызстане остается документально подтвержденной и эндемической проблемой – несмотря на ряд инициатив, в том числе и финансировавшиеся за счет международных доноров усилия по реформированию органов внутренних дел страны. В последнем докладе Государственного Департамента США о правах человека в Кыргызстане за 2014 год подчеркивались «повседневные нарушения фундаментальных процессуальных гарантий на всех этапах судебного процесса, включая использование представителями правоохранительных органов произвольных арестов и пыток».

Чтобы поддержать усилия коллег в Кыргызстане по изменению культуры безнаказанности, Правовая инициатива Открытого Общества в период с 2010 года подала в Комитет ООН по правам человека (КПЧ) четыре жалобы о случаях смерти в заключении (four death-in-custody complaints), связанные с применением кыргызской милицией пыток. Когда КПЧ принимает решение о нарушениях обязательств по международным нормам в области прав человека, Комитет определяет, какие средства правовой защиты должны быть предоставлены жертвам. Поэтому, среди других мер по защите прав, Кыргызстан должен выплатить компенсации семьям жертв, а также проинформировать Комитет о том, какие шаги государство предпринимает для того, чтобы нарушения не повторялись.    

В конечном счете, цель этих процессов не только в получении семьями погибших определенного возмещения, но также в продвижении системных реформ.

До сегодняшнего дня КПЧ признал Кыргызстан ответственным за смерть в трех делах, а по четвертому решение еще не принято. Совсем недавно, 29 октября 2015 года  Комитет признал нарушения права на жизнь, запрета на применение пыток, а также обязательства по расследованию этих нарушений в деле «Акматов против Кыргызстана» (Akmatov v. Kyrgyzstan), жалобу по которому подавали Правовая инициатива и адвокат из Кыргызстана Нурдин Чыдыев. 

В двух предыдущих делах (Эрназаров и Мойдунов) жертв обнаруживали мертвыми в милицейских камерах. В деле Акматова Комитет по правам человека, по-видимому, впервые в своей судебной практике, пришел к однозначному выводу об ответственности государства за произвольное лишение человека жизни в случае, когда жертва умерла после освобождения.

Фактические обстоятельства дела датируются маем 2005 года, когда 33-летнего Турдубека Акматова привели в местное отделение милиции в деревне Мирза-Аки, где его допрашивали о предполагаемой краже. Акматова били по голове, наносили удары по почкам и ребрам, а затем, после 10 часов содержания под стражей, освободили, не предъявив никаких обвинений. Дома он сказал родственникам, что его избивали шестеро милиционеров и назвал некоторых из них. Вскоре после этого Акматов вскрикнул и упал на землю, у него началось обильное кровотечение из рта, ушей и носа. Спустя несколько часов он умер. По данным вскрытия у него были многочисленные ссадины и царапины, а также множественные внутренние повреждения мозга, легких, почек и селезенки, включая разрывы. 

Затем началась пародия на правосудие. Первых милиционеров, прибывших в дом жертвы, возглавлял тот самый сотрудник милиции, который, как предполагается, руководил избиением. Расследование началось лишь через 21 день после смерти Акматова, а в официальных заключениях медиков, в том числе и по результатам эксгумации тела, утверждалось, что причиной тяжких телесных повреждений на теле Турдубека могло быть падение со скамьи. В июне, когда отец Турдубека пошел узнать о ходе следствия по делу, начальник местного отделения милиции загнул назад указательный палец на его левой руке и растянул два сухожилия на этом пальце. В августе милиция закрыла следствие; в милиции просто заявили, что по результатам опроса сотрудников отделения милиции «побои и нанесение телесных повреждений невозможны». В течение следующих шести лет расследование несколько раз приостанавливалось и снова открывалось; отец жертвы подавал жалобы в органы прокуратуры и в суды, но безрезультатно. В апреле 2011 года Правовая инициатива и адвокат семьи подали жалобу в Комитет ООН по правам человека.  

В своем решении от октября 2015 года в пользу отца жертвы, КПЧ высказал ряд важных соображений:

  • Власти Кыргызстана не смогли объяснить, что происходило с Турдубеком в течение 10 часов его пребывания в милиции. Не было предоставлено никаких протоколов допроса, ни какого-либо заявления от «более 60 свидетелей», которых власти якобы допрашивали в ходе следствия по факту его смерти.
  • Нет никаких записей о регистрации Турдубека, которые документально подтверждали бы его задержание.
  • Не было установлено никаких подозреваемых, и никому не было предъявлено обвинение, несмотря на инкриминирующие заявления свидетелей и самого Турдубека, а расследование не было ни оперативным, ни эффективным.

Важно, что Комитет признал Кыргызстан ответственным за произвольное лишение Турдубека Акматова жизни, несмотря на то, что он умер дома после освобождения из-под стражи. Это заключение согласуется с предыдущей судебной практикой Комитета (committee’s previous jurisprudence) в деле Эшонов против Узбекистана относительно того, что «смерть во время содержания под стражей любого вида должна рассматриваться prima facie как казнь суммарная или произвольная казнь, что требует проведения тщательного, оперативного и беспристрастного расследования с целью подтверждения или опровержения такой презумпции».

Теперь Кыргызстан должен сообщить Комитету о том, какие шаги предприняты в стране по исполнению данного решения – они должны включать выплату соответствующей компенсации семье, принесение официального извинения родственникам, возбуждение надлежащего расследования и принятие мер правовой защиты для предупреждения повторения нарушений.

Требования о подобных мерах содержались в двух предыдущих решениях КПЧ по делам Эрназарова и Мойдунова – обнадеживает то, что в деле Мойдунова местный суд вынес решение о выплате компенсации, хотя ее сумма недостаточна.

В более широком смысле можно надеяться, что эти решения станут подкреплением для других инициатив по борьбе с пытками. Недавно Министерство здравоохранения Кыргызстана начало проводить тренинги для врачей (training doctors), чтобы они правильно оценивали медицинские свидетельства в делах о предполагаемом применении пыток. Центр подготовки прокуроров, совместно с неправительственными организациями, разработал новое руководство о расследовании заявлений о пытках. Группа судебно-медицинских экспертов и ученых разработала пособие, представляющее собой  перечень вопросов, рекомендуемых  правоохранительным органам для использования при назначении экспертиз по делам о пытках.  

Пытки все еще остаются широко распространенным явлением в Кыргызстане. Расследования по большинству жалоб на действия милиции проводятся недостаточно тщательно; на жертв оказывают давление, чтобы они забрали свои жалобы; их адвокатов запугивают, а иногда на них открыто нападают. На практике прокуроры недостаточно независимы от милиции.  Хотелось бы надеяться, что выводы Комитета по правам человека в деле Акматова станут для правительства еще одним сигналом о необходимости системных изменений.  

 

Learn More:

Add your voice